Жауабы: Роль литературы в обществе

(1)Состояние, при котором искусство вообще и литература в частности являются в обществе достоянием меньшинства, представляется мне нездоровым и угрожающим. (2)Я не призываю к замене государства библиотекой, но я не сомневаюсь, что, выбирай мы своих властителей на основании их читательского опыта, а не на основании политических программ, на земле меньше было бы горя. (3)Мне думается, что потенциального властителя наших судеб следовало бы спрашивать не о том, как он представляет себе курс иностранной политики, а о том, как он относится к Стендалю, Диккенсу, Достоевскому, потому хотя бы, что насущным хлебом литературы является именно человеческое разнообразие и безобразие, литература оказывается единственным противоядием от каких бы то ни было
–
известных и будущих
–
попыток тотального массового подхода к решению проблем человеческого существования. (4)Как система массового страхования, она куда более эффективна, нежели та или иная система верования или философская доктрина.

(5)Ни одним уголовным кодексом не предусмотрено наказаний за преступления против литературы. (6)И среди преступлений этих наиболее тяжким является не преследование авторов, не цензурные ограничения, не предание книги костру. (7)Существует преступление более тяжкое
–
пренебрежение книгами, их нечтение. (8)За преступление это человек расплачивается всей своей жизнью; если же это преступление совершает нация
–
она платит за это своей историей.

(9)Мне не хочется вспоминать о том, что происходило в России в первой половине ХХ века во имя политической доктрины, несостоятельность которой уже в том и состоит, что она требует человеческих жертв для своего осуществления. (10)Я полагаю, что для человека, начитавшегося Диккенса, выстрелить в себе подобного во имя какой бы то ни было идеи затруднительней, чем для человека, Диккенса не читавшего. (11)И я говорю именно о чтении Диккенса, Стендаля, Достоевского, Флобера, Бальзака, то есть литературы, а не о грамотности
–
не об образовании. (12)Грамотный-то, образованный-то человек вполне может, тот или иной политический трактат прочтя, убить себе подобного и даже испытать при этом восторг убеждения…