Шешімі: Сочинение по прослушанному тексту

Прочитайте текст и выполните тапсырмалар.

Прослушайте текст и выполните Тапсырма.

Лучшее время для охоты с гончей в наших краях
–
последние дни қазан. Всё к этому времени в природе затихает, успокаивается,
и уставшее от бесконечных циклонов небо наконец-то начинает подниматься, делая мир светлее и приветливее.

Со мной на охоте всегда была Доля
–
прекрасная русская гончая, не просто мастер своего дела, а настоящий гроссмейстер. Для тех, кто незнаком с охотой, скажу, что собака ищет зайца всегда молча, и только когда она поднимает его, тронув с места, у неё внутри срабатывает какой-то тумблер и включается голос.

Чтобы скоротать время и отвлечься от нараставшего напряжения,
я стал наблюдать за длиннохвостыми синицами, компанией перелетавшими
с дерева на дерево. И в это время, когда я подглядывал за птицами, где-то далеко у озера раздался еле слышный вой. То, что это была собака,
я не сомневался, но почему вой? Я кинулся на голос с ружьём наперевес, отбрасывая от лица ветки. До озера оставалось уже не очень далеко, когда ноги мои остановились, потому что загнанное сердце просило пощады.

Я мешком повис на каком-то дереве и сквозь туман в глазах совсем рядом увидел заячий след, по которому прошла собака. Но след уходил не к бобровым завалам, а почему-то на заросший молодым березняком мыс. Это потом я отдал должное сообразительности зайца: перед тем как залечь, косой перешёл по тонкому льду, понимая, что для его более тяжёлых преследователей молодой лёд станет ловушкой.

Доля провалилась метрах в пятнадцати от берега. Услышав меня, она стала жалобно скулить и пытаться выбраться из полыньи, но лёд ломался, и она снова от отчаяния завыла. Я метался по берегу, как безумный, не зная, что предпринять, а Доля, положив передние лапы на лёд, продолжала выть. Сколько это продолжалось, я не помню. Отбросив ружьё, пошёл в лес, спасаясь от страшной развязки.

Как далеко я успел отойти от берега, не знаю, но в какое-то
мгновение развернулся и ломанул обратно. «Дурак, ну и дурак!
– распекал
я себя в полном отчаянии.
– Где твои мозги раньше были!»

Однажды мой хороший знакомый подстрелил на охоте утку. Она упала на воду метрах в двадцати от берега. Стрелок, чтобы не лезть в холодную воду, сходил в лес, срубил несколько тоненьких деревьев, обрубил сучья, кроме одной кроны, и, связав их одно за другим в виде длинной сосиски, потихоньку доплавил до утки. Потом, прокручивая «анаконду», захлестнул птицу оставленными ветками и благополучно подтащил трофей к берегу.

Складная шведская ножовка у меня всегда с собой, а капроновые верёвочки я по старой привычке ношу в больших карманах охотничьей куртки. Спилить несколько берёзок было делом пяти минут. У первой обрубил ветки только до половины и положил на лёд. К ней привязал полностью обрубленную, потом вторую, и наконец гирлянда из четырёх берёзок дотянулась до полыньи.

Доля уже, кажется, еле держалась, она не могла даже выть; время от времени она только по-щенячьи скулила. И когда я, проворачивая гирлянду, стал накрывать собаку ветками, страх охватил меня снова. Мне показалось, что я утоплю её. Но тут Доля, спасаясь от веток, наседавших на неё, стала лапами подминать их под себя, инстинктивно стараясь оказаться сверху. Потянув своё приспособление, я почувствовал, что тащу его вместе с собакой.

Стоя на коленях, я прижимал к себе дрожащую мокрую Долю, всё ещё не веря, что самое страшное уже позади. И если бы я сказал, что
в эти минуты мои глаза были сухие, это было бы неправдой. Те, кого судьба на жизненных путях-дорогах сводила с этими хвостатыми созданиями, и кто хоть однажды был удостоен их верной бескорыстной любви, меня поймут.

В этот день было уже не до охоты. Я гнал машину в город,
а моя любимица, завёрнутая в куртку, дремала на заднем сидении и, наверное, досматривала сон про зайца, до которого сегодня так и не удалось добраться.

(По Л.В. Вертелю*)

* Леонид Вячеславович Вертель
(род. в
1940 г
.)
–
член Союза писателей России, карельский писатель, автор рассказов о природе, о случаях из жизни охотников.