Ответ: Структуры императорской канцелярии

Прочитайте текст и выполните задания.

Внутренняя политика Николая
I

Текст 1

Таким образом, законодательство наше, невзирая на добрые начала его, представляло нестройную громаду, где терялся ум самого опытного правоведа, где ябеда, корыстолюбие, криводушие находили себе защиту и обильную жатву: невинность гибла, а самое наглое преступление торжествовало.

Помним то время, когда царское слово возвестило России твёрдое, решительное намерение государя её привести в порядок отечественные уставы. Одни из нас слушали это слово незабвенное с верою и упованием; другие не без страха и опасения неудачи, имея пред глазами целый век тщетных усилий. Но все мы с благоговением и живейшею признательностью читали строки, которые принадлежат уже истории: «При первоначальном обозрении разных частей государственного управления, обратив особенное внимание на Уложение отечественных законов, усмотрел Я, что труды, с давних лет по сей части предпринятые, были многократно прерываемы и потому доселе не достигли своей цели. Желая сколь можно более удостоверить успешное их совершение, Я признал нужным принять их в непосредственное Моё ведение. Для сего приказал Я учредить в собственной Моей Канцелярии особое для них Отделение по упорядочению законов». Так писал государь император через полтора месяца после обнародования манифеста о восшествии своём на престол.

С самоотвержением возлагая на себя тяжкое бремя, он избрал сотрудником своим мужа редкого умом и душою, равно опытного и в практическом знании дел, и в теории науки. То был незабвенный для России Сперанский.

С огромными средствами, с деятельными помощниками, с ревностью и любовью Сперанский приступил к труду огромному, к сооружению величественного памятника, на который с почтением будет смотреть отдалённое потомство. Труд его высоко оценил государь император. Он обессмертил своё имя».

(Устрялов Н.Г. Русская история до 1855 г. – Петрозаводск, 1997. – С.893)

Текст 2

Две главные мысли, без всякого единства, мешавшие друг другу, определяют характер Николаевского правления.

Продолжение Петровского предания в внешней политике.

Противодействие Петровскому направлению во внутреннем развитии.

Расширение пределов и влияния в Европе и Азии, суживание всякой гражданственности в России.

Всё для государства, т.е. для престола, ничего для людей.

Воротиться к патриархально варварской власти царей московских, не утратив ничего из цезарского величия петербургского императорства, такова была задача Николая.

Николай с первого дня своего воцарения объявляет войну всякому образованию, всякому свободному стремлению и смело ставит на своём знамени, как бы в насмешку великим словам на хоругви Французской революции: Самодержавие, Православие, Народность!

Самодержавие как цель. Вот наивная философия истории русского самодержца.

Ему всё удаётся.

Николай торжествовал. Но возле Зимнего Дворца, т.е. возле Петропавловской крепости, открыли общество Петрашевского.

Стало быть, революционная мысль при всех усилиях не убита, бродит в умах, заставляет биться сердца. Появление этих благородных, самоотверженных, прекрасных юношей перед комиссией было зловещим memento mori для Николая. Призрак 14 Декабря являлся не даром через двадцать пять лет, цветущий, поюнелый. Что же было выиграно страшным гнётом дома и вселенской низостью?

Ни одной плодотворной мысли, ни одного улучшения, всё седеет вместе с Николаем, стареется, костенеет. Он мог одно сделать, освободить крестьян, он хотел этого – но трудно, страшно трудно для неограниченного монарха – дать чему-нибудь волю…

(Герцен А.И. Объявление о «Полярной звезде». – URL: http://gertsen.lit-info.ru/gertsen/public/obyavlenie-o-polyarnoj-zvezde.htm)

Текст 3

Большое внимание в правление Николая I уделялось развитию естествознания. В данном царём уставе Академии наук писалось, что «она старается расширить пределы всякого рода полезных человечеству знаний... имеет попечение о распределении просвещения. Она обращает труды свои непосредственно в пользу России, распространяя познания о естественных произведениях империи». По высочайшему повелению были оборудованы обсерватории в Казани и Киеве, приведена в порядок устаревшая обсерватория в Москве, а также выстроена новая близ северной столицы.

Ход жизни требовал грамотных чиновников, инженеров, агрономов, врачей, учителей, и правительство Николая I откликалось на эти насущные требования, развивая широкую сеть начальных, средних и высших учебных заведений. Количество гимназий в эти годы значительно увеличилось, а число учащихся в них почти утроилось. В Петербурге был восстановлен Главный педагогический институт, открыто Высшее училище правоведения для подготовки юристов, а Технологический институт выпускал инженеров. Начали работу Строительный институт, Земледельческий институт, Межевой институт в Москве и др.

В николаевское царствование заметное развитие получили и научные общества – Российское общество естественных наук, Географическое общество в Петербурге, Одесское общество истории и древностей, различные археографические комиссии для изучения памятников старины, разбора и издания древних актов и т.п.

Царь поддерживал научные издания, заботился об их направлении и регулярно знакомился с соответствующими отчётами. Так, при прочтении одного из подобных отчётов монаршее внимание было обращено на «тот утешительный факт, что большинство одобренных произведений относилось к отечественной истории, к разработке нашего родного языка и к изучению юридического и общественного быта России». Действительно, Академия наук осуществляла масштабную исследовательскую программу в области русской истории и языковедения.

(Тарасов Б.Н. Николай
I
и его время. – М., 2000. – С.15–16)

Текст 4

Император всеми способами пытался вырвать корни тех злоупотреблений, которые проникли в аппарат управления, и которые стали явными после раскрытия заговора, обагрившего кровью его вступление на престол. Исходя из необходимости организовать действенное наблюдение, которое со всех концов его обширной империи сходилось бы к одному органу, он обратил свой взгляд на меня с тем, чтобы сформировать высшую полицию с целью защиты угнетённых и наблюдения за заговорами и недоброжелателями. Число последних угрожающе увеличивалось с тех пор, как в России получили распространение подрывные идеи французской революции. Они проникли с целой толпой французских авантюристов, которые занимались воспитанием молодёжи, и особенно после общения наших молодых офицеров во время последней войны с либералами разных европейских стран, куда войска вошли благодаря нашим победам. Я не был готов к исполнению такого рода службы, о которой у меня было самое общее представление. Но осознание благородных и спасительных намерений, которые требовали её создания, и моё желание быть полезным моему новому государю заставили меня согласиться и принять это новое место службы, которое его высокое доверие пожелало организовать со мной во главе.

(Бенкендорф А.Х. Воспоминания 1802–1837. – М., 2012. – С. 342–343.
Схема из Интернета. – URL: https://trojden.com/students/russian-history/orlov-russian-history-for-students-2004/orlov-russian-history-for-students-2004.files/image013.jpg)

Текст 5

В золотой пустыне дворца, с заложенной за борт рукой, потупив рыжеватую, с лысиной, голову, взволнованными шагами ходил император. Николай переживал самое страшное: воля казалась не всесильной. В Вене – диктаторство каналий, бегство князя Меттерниха, разгром дворца на Баль-пляц, буйства, столкновения с войсками эрцгерцога Альбрехта; бегство слабовольного императора в Инсбрук и полная отдача города в руки взбесившейся черни. Хаос и вертеп; бессилие и трусость, волнения в Неаполе; герцоги Пармский и Моденский бежали; Венеция – «Республика Св. Марка». Не чернь – императоры, короли генералы, министры, вот кто вызывал гнев шагов железного человека в военном мундире. Николай бормотал: «Трусость, ни в одном нет силы кровью защищать Богом вручённые страны! Революция на пороге России, но, клянусь, она не проникнет в неё, пока во мне сохранится дыхание жизни, пока я милостью Божьей император!»

По ночам приходили ощущения, как болезнь, охватывало волнение, разливалась пустота в сердце и немели ноги. Откинув шинель, Николай с трудом поднимался на походной кровати; сидел в темноте, спустив длинные ноги на шкуру медведя. Было жаль, что умер Бенкендорф в своём эстляндском имении. Орлов ленив, проспит; убили же во дворце кулаком деда, удушили шарфом отца…

(Гуль Р.Б. Скиф в Европе. – URL: https://www.litmir.me/br/?b=234497&p=16)

Чертёж перерисован вручную — открыть оригинал из банка

Чертёж перерисован вручную — открыть оригинал из банка