Смысл щекотно-мужского чувства

Прочитайте текст и выполните тапсырмалар.

Вот начало этого настроения:

«На западе прозрачным леденцом стояла меж стогов сена луна, и длинный хвост Большой Медведицы опустился к побелевшему востоку. Уже выпала роса. На речных заводях в упоении стонали лягушки…»

Когда я видел и чувствовал всё это? Я представил околицу деревни на берегу реки, и в этой ночи увидел себя босого, невыспавшегося, от ожидания рыбалки. На моём плече елозила тяжесть влажного весла (всю ночь лежало в траве), другое весло нёс мой брат, и мы спускались к заводи, где под откосом в сумраке волна шлюпала у просмолённых днищ.

И это раннее утро до сих пор связано с как бы рождённой рекой, зарёй, деревьями, холодным песком. Полуметровые язи с огненно-красными плавниками, упруго рвались на леске перетяга, который мы поставили вечером, они боролись с нами, выскальзывали из рук, эти круглоглазые красавцы речных глубин, покрытые рыцарским панцирем. Они лежали потом на дне лодки, ударяя хвостами, и чувствовал я какой-то священный восторг при виде этой пойманной красоты и вдыхал в себя первозданный запах обмытых темью коряг, где недавно царствовали они, толстоспинные и самоуверенные властелины вод.

Щекотно-мужское чувство ловца, охотника я переживал в детстве не однажды, и всякий раз ликование победы охватывало меня. Возможно, токи предков пульсировали в моей крови, напоминая о том первобытном времени, когда само существование рода человеческого зависело от удачной охоты.

Но всё же я испытывал наслаждение не от добытой тогда пищи, а от той холодной упругой плоти краснопёрых язей, что никак не преобразовывались в моём сознании во что-то, имеющее вкус еды, необходимой человеку для продолжения жизни. А было восхищённое удивление перед пойманными живыми золотыми слитками, знаками непостижимой тайны реки, и всего того утреннего мира…